logo
avatar
avatar

Если Господь благословляет наши труды, тогда они полноценны и полезны для нас

Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел

Верующий во Христа соблюдает главную заповедь - любит Бога и с любовью относится ко всему

Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел

Господь даёт нам воду вечной жизни, от которой никогда не будет жажды

Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел

Меню

В преддверии выборов или Феатрон святителя Иоанна Тобольского

14.09.2016|20:13

1547
1

Лето у нас, в Сибири, выдалось жарким, солнце пекло немилосердно, не спасали ни реки, ни озера. В ванной комнате приходилось сражаться с собственной семьей за право принять холодный душ. Бетонные стены плавились, дома искривлялись, а рекламные баннеры стекали веселыми красками на асфальт. Из-за этого море Крыма на этих щитах приобретало удивительные формы. Хотелось южным морским ветром охладить раскаленный Север. И мы поехали в Крым, нам хотелось прохлады и ветра, нам хотелось перемен и надежд.

Согласитесь, мысль о Крыме в Сибири весьма уместна. Семья покупалась, загорела, объелась арбузов. Семья довольна. Курорт. Но в Крыму на баннерах не рисуют море. Здесь нарисовано: «18 сентября. Все на выборы!» Странно, что в месте, где надо расслабляться, предлагают напрячься душой и во времена государственного кризиса выбирать тех, кто этим кризисом будет руководить. Выбор сводится к следующему: проще всего на выборы не ходить вообще – никакой личной ответственности за промахи власти. Второе: ходить на выборы, но не голосовать ни за кого, чтобы кто-нибудь не подделал твой бюллетень. Но это хулиганство. И третье – все-таки за кого-то голосовать. Нет, есть еще четвертый вариант — пойти и поставить галочку, чтобы просто выиграть чайник, мухобойку или другую, нужную в хозяйстве вещь, которые будут тут же разыгрываться. Это право гражданина. Так считали римляне, так считают и сейчас.

Еще триста лет назад, скажем, во время правления первого всероссийского императора, Петра Великого, к стезе правителя относились более чем серьезно и внимательно. Чем быстрее развивалось и крепло государство, тем все более светлые умы считали необходимым размышлять над образом достойного и праведного правителя. Так, святитель Иоанн (Максимович), митрополит Тобольский и всея Сибири, один из образованнейших людей своего времени, миссионер и просветитель, в 1703 году посвятил царю Петру I огромный труд под названием «Феатрон поучительный царем, князем и владыкам». Книга была адресована мудрому правителю, который может сочетать христианскую добродетель с мудрым правлением государством. Немало строк святитель посвятил «симфонии» государственного аппарата и Церкви, которая сейчас подвергается такой ужасной критике. Поэтому книга актуальна и в наше время.

Вот, к примеру, что пишет святитель Иоанн об устройстве идеального государства: «Воистину прекрасно устроена власть, если государь ставит на правление лучших мужей, способных править со спокойным рассудком и судить каждого по закону, не имея при этом в себе никаких беззаконных пороков, и чуждых даже мысли о грехе. По чиновникам судят о государе».

Мы все хотим, чтобы у нас было такое государство, нам не нравятся люди, которые могут разрушить нашу страну сверху. Автор «Феатрона» знал о таких людях не понаслышке: «Лихоимцы и несмышленые невежды, если их изберут в начальство, почитают себя позванными на золотую жатву, законы используют, как паутину. Богатых и сильных, будто они выше закона, отпускают без наказания, а невинных и нищих губят и сильно вредят обществу. Более того, правят не по закону, а как сами придумают, достойным исполнить почитают не праведное, но собственные желания. Свои сердца не склоняют к истине, а удаляют от нее, как слово, сказанное в бездну».

Полнота той власти, которую милостиво дает народ, может прельстить сердце человека, тогда он, безмерно возгордившись, идет уже против истины. Святитель Иоанн говорит о конце такого человека притчей: «Как высокое дерево, глубоко пустившее корни, с большими трудностями едва выкапывается, так и долго находящийся при власти, чем больше углубится в нее, тем с большей печалью встречает перемены, из привычной власти его сердце с корнем вырывают смуты, расколы и несчастье народа».

Так же он сетует на продажность чиновников и вспоминает древние устои: «Издревле повелось, что судья, который неправедно судит и продает свой суд, называется предателем и судится сам, как злодей, совершивший преступление против царского престола. Праведна смертная казнь для неправедного судьи народа. Если бы перед глазами нынешних судей стояли те древние казни, то они не уклонялись бы от пути правды». Еще: «В наше время уже так и происходит, что никто не возьмется за дело, если не увидит блеск золота и его звон».

Взятки для святителя – страшное зло. Их он сравнивает с такой тяжестью, возложенной на плечи, которая даже сильнейших пригибает к земле, и говорит, что так же и золото сокрушает мудрых и ослабляет решительных людей. Как и у Иисуса, сына Сираха, сказано: «Угощения и подарки ослепляют глаза мудрых и, как бы узда в устах, отвращают обличения» (Сир. 20:29).

Святой Иоанн цитирует древнего историка Авла Геллия о Демосфене, который прельстился деньгами послов Милета, пришедших в Афины по государственным делам, и поэтому, не желая говорить против них, вышел к народу с обвязанной шеей и заявил, что болен ангиной и не может выступить против милетян. Тогда один из толпы воскликнул, что Демосфен страдает не ангиной, а «сребрангиной» (с латинского «synanche» и «argyranche» соответственно).

Граждане своей страны выбирают тех, к кому бы они пришли за решением своих житейских проблем. Они не хотят обмануться в своем выборе. Как это было с одним древним философом, о котором рассказывает святитель Иоанн. Он пришел к царскому дворцу в рваной бедной одежде и долго стоял у ворот и стучал, умоляя впустить. Когда его не впустили, он вернулся домой, переоделся и едва подошел к воротам, едва открыл рот, как его тотчас впустили внутрь. Став перед царем, он стал целовать свои одежды и на царское недоумение сказал: «Одежда мне дала то, что не дала добродетель».

Множество мудрых наставлений и поучительных историй наполняет книгу «Феатрон». В 1709 году в благодарность за этот труд царь Петр I прислал благодарственную грамоту святителю Иоанну.

Какие сделаем выводы? Значит, святой Иоанн видит место чиновника пагубным для любой христианской души и, выбирая чиновника, мы выбираем определенную казнь ему. Наказывает ли Господь? По Писанию, Он наказывает только Своим долготерпением: худой раб еще больше развращается, добрый раб устыжается и приходит в разум. Станем и мы подражать Господу. Ругать власть – грех, потому что о «нашей стране, властех и воинстве ея» мы молимся на каждой Литургии. Будем подражать Христу, в свете Его любви любое соперничество весьма умаляется. Мы, христиане, ведь знаем, что всякая власть нам дается Богом. Апостол Павел так и говорит в своем Послании к римлянам: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противятся Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение» (Рим.13:1-2). Поэтому несомненно на выборы идти нужно и руководствоваться там своей молитвой и жалостью, потому что наше долготерпение к чиновникам означает непрощение их возможных грехов. Никаких денег не стоит погибель души. И мы, зная, на какой неблагодарный и погибельный труд подвизаются кандидаты в депутаты, будем относиться к их выбору со снисхождением. Потому что депутатов нашей страны мы выбираем за каждой литургией настолько искренне, насколько искренно мы молимся «за власти и воинства» нашей страны.

Мы не только вдумчиво смотрим в смутное будущее, но и в светлое, иногда даже яркое прошлое. Святитель Иоанн (Максимович) ждал своего прославления двести лет и уже сто лет как он прославлен, а его книга пролежала под спудом более трехсот лет. Не случайно, что именно сейчас готовится научное издание перевода этого духовного шедевра на современный русский язык.

Спадает суровая жара, грядет суровая зима. Но пока наступает время равновесия, осень, пора зрелости. Мы, народ Божий, молим Спасителя, чтобы во власть пришли мужи зрелые, способные принести Богу и Отечеству плод, кто в тридцать, шестьдесят, а то и во сто крат.

Тимофей Сайфуллин