Новопрославленный святитель Христов Серафим

Сегодня 26 февраля Святая Православная Церковь празднует память святителя Серафима (Соболева), который был канонизирован всего двадцать три дня назад. Всякое прославление святых есть явление святости Божией, оно всегда совершается по благоизволению самой Церкви Христовой. 3 февраля 2016 года на пятом пленарном заседании Освященного Архиерейского Собора в Храме Христа Спасителя был рассмотрен вопрос о прославлении в лике святых архиепископа Богучарского Серафима (Соболева).

О необходимости прославления архиепископа Серафима в лике святых в своих выступлениях говорили Святейший Патриарх Кирилл, митрополит Восточно-Американский и Нью-Йоркский Иларион, митрополит Рижский и всея Латвии Александр, митрополит Воронежский и Лискинский Сергий, митрополит Рязанский и Михайловский Марк, архимандрит Филипп (Васильцев), настоятель храма святителя Николая Мирликийского в Софии — подворья Московского Патриархата (архиепископ Серафим погребен в крипте этого храма).

Члены Собора единогласно проголосовали за канонизацию архиепископа Серафима, много лет почитаемого как в Болгарии, так и в России.

Николай Борисович Соболев — будущий архиепископ Серафим — родился в городе Рязани 1 декабря (по старому стилю) 1881 года в семье мещанина Бориса Матвеевича Соболева и его жены Марии Николаевны. В семье Соболевых было 12 детей, семь из которых умерли в детском и юношеском возрасте. Николай Соболев был десятым ребенком в семье. Его мать в страшных страданиях не могла разрешиться от бремени, — вспоминает современник о. Серафима, — и по решению врачей требовалось приступить к операции — извлечению младенца по частям, для спасения жизни родительницы. В это время мать пришла в сознание и, узнав о решении врачей, с клятвою запретила мужу допустить убийство своего младенца. После ночи, проведенной в страшных муках, при первом ударе церковного колокола 1 декабря 1881 г. в пять часов утра младенец родился сам, без всякой посторонней помощи. Тогда мать попросила: «Покажите мне мое детище, от которого я чуть не умерла», и, когда ребенка поднесли, то сказала: «Ах, какой серьезный мухтар родился! После этого в детстве домашние называли его порой «мухтаром», и это ему очень не нравилось. Уже через много лет, будучи в Болгарии, Софию посетил епископ Маньчжурии Нестор. Он подарил Владыке книгу своих воспоминаний, в которой в главе о посещении им Иерусалима говорится, что по-арабски слово «мухтар» значит «епископ». Так, сама того не сознавая, мать сказала: «Ах, какой серьезный епископ родился». И неизвестным словом предсказала судьбу новорожденного.

Мать, предсказавшая будущему епископу о его будущей жизни еще при рождении, оказывала большое влияние на сына в течение всей его жизни. Она искренне желала, чтобы сын стал священником, но не знала о том, что сын дал обет Богу стать монахом. Доверившись Господу, прилежный сын позволил своей матери подыскивать себе невесту. Но все попытки сватовства чудесным образом срывались. Так Господь мирно устроил монашескую жизнь Серафима по его молениям. К своей матери архипастырь был искренне привязан и впоследствии всегда старался устроить Марию Николаевну недалеко от места своего служения.

Николай Соболев, окончив Рязанскую духовную семинарию, в 1904 году поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию. Как определение жизненного пути, так и поступление в академию сопутствовались особыми чудесами. По подсказке Пресвятой Богородицы, которой молились молодой Николай с матерью, он направился в академию на вступительные экзамены, которые как раз перенесли на подходящее для него время. Ко вступительным экзаменам пришлось приступать без подготовки, но слезными молитвами были выпрошены у Господа те вопросы, ответы на которые знал будущий архиепископ.

В годы учебы будущий архипастырь неоднократно посещал праведного Иоанна Кронштадтского, а также старца Гефсиманского скита Исидора (Грузинского-Козина). Николай Соболев сблизился также с архимандритом Феофаном (Быстровым) — инспектором Санкт-Петербургской духовной академии, строгим монахом и молитвенником.

По свидетельству митрополита Вениамина (Федченкова), учившегося на курс раньше Николая, в духовной академии его называли «Колечкой». Такое обращение было связано с особой добротой, которую Николай являл в отношении к своим сокурсникам. Любимым времяпровождением Николая Соболева была игра на рояле в семинарском зале и пение молитв, в том числе, и собственного сочинения.

26 января 1908 года Николай Соболев, будучи студентом 4 курса академии, был пострижен в монашество с именем Серафим. Особенно чудесным это кажется благодаря тому, что именно у Серафима Саровского студент и просил подсказать волю Божию о постриге, так как считал себя не достойным монашества. 3/16 февраля 1908 года монах Серафим был рукоположен епископом Сергием (Тихомировым) в иеродиакона, а 18/31 марта — в сан иеромонаха.

В 1908 году иеромонах Серафим начал преподавательскую деятельность в Пастырском богословском училище, открытом архиепископом Антонием (Храповицким), затем был переведен смотрителем Калужского духовного училища. Большим утешением для иеромонаха Серафима в этот период стало посещение Свято-Введенской Оптиной пустыни. Особенно близкие отношения сложились у него с преподобным Анатолием (Потаповым), который стал его духовником.

В декабре 1911 года отец Серафим был назначен инспектором Костромского духовного училища. 22 декабря 1912 года иеромонах Серафим возведен в сан архимандрита и  назначен ректором Воронежской духовной семинарии, которую из удручающего состояния ему удалось превратить в одну из самых лучших в России.

В Воронеже архимандрита Серафима застала революция и гражданская война. В марте 1918 года семинария была закрыта большевистской властью, ее здание было занято красноармейцами. Архимандрит Серафим переехал в монастырь святителя Тихона Задонского.

В первой половине октября 1919 года, в разгар военных действий в Воронеже, архимандрит Серафим и его брат иеромонах Сергий покинули город в последний момент в открытом вагоне с углем для паровоза.

7 мая 1920 года архимандрит Серафим был назначен ректором духовной семинарии в Симферополе. Вскоре был поднят вопрос и об архиерейской хиротонии архимандрита Серафима.

24 сентября 1920 года Высшее Церковное Управление вынесло решение рукоположить архимандрита Серафима во епископа Лубенского, викария Полтавской епархии, что и состоялось 14 октября в симферопольском Александро-Невском соборе. Однако вскоре ввиду вступления в Крым большевиков генерал Врангель отдал приказ об эвакуации и епископ Серафим вместе с остатками Белой армии и беженцами покинул родную землю и попал в Болгарию.

Далее, до конца дней своих епископ Серафим оставался на должности управляющего русскими приходами в Болгарии, сначала в юрисдикции Русской Зарубежной Церкви, затем в юрисдикции Московского Патриархата. Местом служения епископа Серафима стал храм святителя Николая на бульваре Царя Освободителя. Кроме этой церкви, в подчинении епископа Серафима оказалось несколько приходов и Спасский (Александро-Невский) монастырь в Ямболе.

Помимо этого архипастырь организовал также комитет по сбору помощи в поддержку русских монахов Афона, которые после революции находились в тяжелом положении, испытывали притеснения греческого правительства и часто голодали.

Тяжелая болезнь (туберкулез) не препятствовала епископу Серафиму регулярно совершать богослужения. Архипастырь неукоснительно служил во все воскресные и праздничные дни, а по четвергам читал акафист святителю Николаю. Большое внимание владыка Серафим уделял церковному хору. В результате хор при его жизни стал одним из лучших в Болгарии.

В 1934 году Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви возвел епископа Серафима в сан архиепископа. Однако высокий сан мало что изменил в его жизни. Архиепископ вместе со своим братом архимандритом Сергием снимал очень скромную и лишенную элементарных удобств квартиру на улице Велико Тырново. Архипастырь вообще старался избегать роскоши и пристрастия к вещам. Он говорил: «Вещи меня обременяют. Они — тяжесть для души».

Были у владыки Серафима и скорби. Он постоянно болел, в середине 1920-х годов находился на грани смерти от туберкулеза. Кроме того, архипастырь всю жизнь ухаживал за больным братом.

Духовные чада архиепископа Серафима вспоминали, что нередко во время исповеди он напоминал им забытые грехи, а также отвечал на мысленные вопросы исповедующихся. «Это случайно», — улыбаясь, говорил архипастырь в ответ на недоумение духовных чад. А когда владыка узнавал, что кто-то пытается записывать подобные случаи, то строго запрещал делать это. Но, не смотря на это, до нас дошло немало свидетельств проявления его духовных дарований. Архимандрит Пантелеимон вспоминал, что все, кто приходил к архиепископу Серафиму со скорбями, уходили от него утешенными и окрыленными, а его молитва порой возвращала к жизни и безнадежно больных. Сам архиепископ Серафим чувствовал близость Бога, Его присутствие. «Когда умрем, тогда поймем, насколько близки нам были Спаситель, Божия Матерь и все святые, как сходили к нашим немощам и как исполняли наши молитвы», — говорил архипастырь.

В годы Второй мировой войны архиепископ Серафим не служил молебнов о победе Германии, а также отказывался благословить русских эмигрантов на борьбу против России, говоря, что воевать против своей родины — грех.

30 октября 1945 года архиепископ Серафим и семь русских приходов в Болгарии были приняты в юрисдикцию московской церковной власти. Управление этими приходами поручалось архиепископу Серафиму с непосредственным подчинением Патриарху Московскому и всея Руси. Весной 1946 года русская община вернулась в храм святого Николая на бульваре Царя Освободителя.

Незадолго до смерти архиепископ Серафим советовал писать ему письма, как живому. «Когда вам станет тяжело, — говорил архиепископ, — вы мне напишите письмо <…> и оставьте его у моей могилы. Если я получу милость у Господа, утешу вас и помогу вам».

26 февраля 1950 года, в праздник Торжества Православия, в 15 часов архиепископ Серафим (Соболев) окончил свой земной путь в квартире на улице Велико Тырново. На следующий день тело усопшего архипастыря было перенесено в храм святителя Николая. До поздней ночи жители Софии шли проститься с усопшим иерархом.

1 марта архиепископ Серафим был погребен в крипте Никольского храма.

Почитание архипастыря началось почти сразу после его кончины. В настоящее время зафиксировано более ста случаев посмертной молитвенной помощи архиепископа Серафима. Большинство случаев связано с исцелениями, обращением к вере, дарованием ребенка и т.д.

Канонизация в лик святых праведников, мучеников и великомучеников, блаженных и чудотворцев, священномучеников и так далее, еще не предполагает автоматическое возведение письменных трудов этих лиц на одну полку со святоотеческой литературой. Святые Отцы, подтвердившие своей жизнью то, о чем писали, находились в постоянной духовной брани, насаждали в сердце своем покаяние и смирение и, как следствие, — стяжали в себе Духа Святаго. Благодаря присутствию благодати Божией они оказывались правы и в письменах своих. Но вот что вспоминал Архимандрит Пантелеимон (Старицкий) в 1951 году о владыке Серафиме: «Будучи с юных лет духовно одаренным, своим личным подвигом в огненной борьбе со страстями Владыка сравнительно молодым епископом достиг большой духовной высоты. Ангельская чистота открыла возможность проникать в глубины духовного ведения и богословия. За свою чистоту Владыка получил от Господа дар усматривать самые тонкие отклонения от православной истины. Он следил за жизнью Православия и был как бы совестью ее. Где замечал он неправильность, бескомпромиссно изобличал ее, не боясь пострадать за истину. В результате появились бесценные богословские творения Архиепископа Серафима».

По свидетельству духовных чад архипастыря, богослужение, как и частная молитва, были для него необходимы, как дыхание. Архипастырь постоянно творил Иисусову молитву. Иерарх поддерживал тесные связи с монахами Святой Горы Афон, в основном из Андреевского и Ильинского скитов. На Святой Горе хорошо знали архипастыря. Когда русские афонские монахи проезжали через Болгарию, они всегда останавливались у владыки Серафима. Один из них, иеросхимонах Кассиан, часто ездил через Софию в Прикарпатье, где был духовником одного из монастырей. Впоследствии старец Кассиан говорил духовным детям епископа Серафима: «Ваш владыка — святой жизни. Никогда больше не встречал таких архиереев».

Одна из важных работ святого направлена на опровержение софиологоии в трудах протоиерея Сергия Булгакова и отца Павла Флоренского. Архиепископ Серафим написал несколько статей и огромную монографию «Новое учение о Софии Премудрости Божией» (София, 1935), в которой он подчеркивает противоречивость и даже нелепость вышеперечисленных отцов. «…Расхождение софийного учения прот. Булгакова и свящ. Флоренского с логическими требованиями разума является одним из самых существенных недостатков этого учения. Само собою разумеется, что расхождение настоящего софийного учения с Православной Церковью является еще большим и самым главным его недостатком».

Свой богословский труд «Искажения православной истины в русской богословской мысли» (София, 1943) святитель Серафим (Соболев) посвятил опровержению статьи митрополита Антония (Храповицкого) «Догмат искупления».

Святитель Серафим был радикальным противником экуменического движения и экуменического богословия. По его мнению, любое допущение того, что за пределами Православной Церкви действует спасающая благодать, является отступлением от православного вероучения. Тем более ложным он считал то мнение, что таинства инославных, особенно протестантов, могут быть благодатными. Этой теме он посвятил свой доклад «Надо ли Русской Православной Церкви участвовать в экуменическом движении?».

Книга Серафима (Соболева) «Русская идеология» утверждает: самодержавие – это единственная форма государственного управления, которую признает Священное Писание. Но если православный христианин во всём должен руководствоваться Писанием, то именно монархию он обязан считать идеалом для будущей, долженствующей возродиться России.

Демократический строй, полагает святитель, не соответствует религиозно-нравственному идеалу русского народа, поскольку основывается не на этических нормах, не на стремлении к идеалу святости, а на юридизме. Монархия же как раз этому идеалу соответствует, ведь самодержец, с одной стороны, является образцом, зримым выражением нравственного идеала для своего народа, а с другой – делает всё для того, чтобы народ к этому идеалу стремился.

Истинная православная монархия, правда, может быть основана только на симфонии властей, при которой Церковь выступает в качестве нравственного ограничителя для монаршего произвола. Именно разрушение симфонии в эпоху петровских реформ привело Россию к катастрофе 1917 года.

С тех пор, полагает святитель, «русская идеология… была весьма сильно извращена, вследствие отступления русского народа от православной веры. Но ныне народ наш возвращается к ней своими великими страданиями. А вернувшись к православной вере, он вернется и к царской самодержавной власти, как основанной на этой вере… Вот в чем состоит русская идеология».

Автор-составитель Екатерина Ранинен

Slide 1
Slide 2
Slide 3
Slide 4

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться в социальных сетях: