Владыка Павел: «Киев – это наша колыбель»

Журнал «ЮГРА»
Автор: Светлана Поливанова

Мы выросли в одной стране. Связаны друг с другом кровными узами. И как отчетливо сегодня понимаешь, что мы из одной колыбели. Колыбели православия. И это то, что у нас никто не отнимет.
Епископ Ханты-Мансийский и Сургутский Павел родился и вырос в Сумской области, на границе Украины c Россией, тогда эта граница была номинальной. С детства впитал в себя характер, традиции украинского народа, которые во многом складывались под влиянием православия.
– Отличительные черты украинского народа – трудолюбие, гостеприимство, — рассказывает владыка. — Это певческий народ. Помню, как по-особому на Украине проходили рождественские Святки: ряженые ходили по домам к родственникам, пели колядки, засевали, как в народе говорили: «Сею, сею, засеваю, добра желаю». И хозяева угощали гостей. Ходили группами, а после накрывали стол – праздновали Рождество. Украинский народ отличался своей верой. Даже в советское время, когда всё религиозное запрещалось, помню, и моя бабушка, и родители всегда ходили в храм. В каждом доме обязательно были иконы. Это особое отличие Украины – вера не утрачивалась, как в центральной части России в годы гонений на церковь. Если посмотреть на епископат и священнослужителей сегодня, то в России процентов 80 – выходцы с Украины.
Давайте возьмем нашу епархию, вспомним возрождение православия в 90-е годы… Николай Матвийчук из Нефтеюганска служит 25 лет, отец Николай Шитьман в Федоровском – с Украины. Отец Василий Чаплак в Сургуте – с Украины, в Урае более 20 лет служит отец Иоанн Юрцун. Большинство первых священнослужителей, которые здесь открывали храмы после перестройки, – с Украины. Если говорить о епископате России, процентов 40 – выходцы с Украины. Украина всегда была преданной вере своей.
Хотя и там священников расстреливали, ссылали. Может быть, на Западе в такой мере репрессий не было, потому что Западная Украина всегда жила какой-то обособленной жизнью. Но и возрождение православия там пошло много быстрее: как только распался Советский союз, тут же началось храмостроительство, практически в каждом селе. Помню, во время моего обучения в духовных школах Санкт-Петербурга выпускники-украинцы не могли устроиться на работу на своей Родине, там никогда не было проблемы с кадрами священнослужителей.
– Украинцы, которые живут здесь, вспоминают, что всегда крестились и венчались, пусть это было тайно. И я тоже крестилась на Украине, куда приехала в гости в семью мужа-украинца. У себя на Родине, в Сибири, такого не было в те годы.
– Даже не отдавали замуж дочерей, если был некрещеный жених, и наоборот. Помню храмы, которые я посещал в детстве. На моей родине Глинская пустынь была почти разрушена, в некоторых корпусах располагался дом престарелых, затем психиатрическая больница. Сейчас монастырь возродился. Но в соседних деревнях храмы работали. В девяти километрах, в Суходоле Глуховского района, был храм, в Первомайском тоже был храм.
Я родился и вырос на Украине в приграничной зоне. Девять километров нужно было пройти до украинского храма и девять километров – до российского. Я чаще ходил в последний. Потому что у меня папа работал в России в Курской области, железнодорожная станция Локоть и поселок Локоть. И в этом поселке действовал храм. Мне проехать это расстояние на велосипеде или на пригородном поезде ничего не стоило. Но не всегда так получалось. Поэтому иногда ходил в храм, который находился на территории Украины. Но тогда не было деления Украина – Россия. Был Советский Союз. Хотя выходцев с Западной Украины мы не понимали, у них был совершенно другой язык, с примесью венгерского, польского. Помню, они приезжали к нам на заработки, у нас были огромные поля, какие-то предприятия, работали сезонно и увозили заработанное к себе. Мы жили в одном поселке, но друг друга не понимали.
– Символично, что веру в Сибири утверждали святители Иоанн Тобольский и Филофей Лещинский, представители Малороссии. Иоанн Тобольский закончил Киево-Могилянскую духовную академию, был архиепископом Черниговским. Филофей Лещинский был пострижен в монашество в Киево-Печерской лавре. Они приехали на Сибирскую кафедру, и с их приездом связано распространение и укрепление православия. Сколько остяков Филофей Лещинский в веру православную обратил! Мы исторически и духовно связаны с Украиной.
– Более 200 храмов основал Филофей Лещинский в наших краях. В Югре находится часть этих храмов. Известно, что им был основан храм в Горноправдинске, в Селиярово Ханты-Мансийского района. В этом году отмечаем 300 лет Полноватскому храму в честь Успенья Божией Матери. Сейчас готовится проект памятника Филофею Лещинскому, издана книга, посвященная этому событию. Думаю, что мы всего даже не знаем, что сделал Филофей Лещинский для проповеди православия на нашей Сибирской земле.
–Давайте вспомним время нефтегазового освоения Сибири. Сколько украинцев приехало в то время к нам в округ, которые внесли огромный вклад в развитие территории.
– Несомненно. Многие муниципалитеты сегодня возглавляют русские украинцы. Главу Нефтеюганска Виталия Анатолия Бурчевского младенцем вывезли родители с Украины. Генеральный директор Нижневартовской ГРЭС Александр Петрович Пащенко – тоже украинец, 35 лет здесь трудится в Югре. Таких примеров можно привести много.
– В 2013 году украинцы, белорусы, русские отметили 1025-летие Крещения Руси. Что значит для нас это событие?
– Мы – единая славянская нация, Киевская Русь. Истоки нашего славянского рода ведут к киевской купели. Киев – наша колыбель. Конечно, сегодня тяжело говорить о том, что происходит на Украине. Мы даже не могли представить, что на почве нацизма, национализма возникнет такая вражда, что поделят единый славянский народ. Думаю, пройдет это смутное время. Несомненно, долго придется залечивать раны. Но славянские народы разделить невозможно. Это равносильно тому, как «отлучить меня от любви Божьей». Как можно православного русского человека отделить от своей купели? Всё равно мы будем дружить, общаться. Настанет мирная жизнь, всё нормализуется. Конечно, кто-то будет недоволен, пока из жизни не уйдет, пройдет несколько поколений, пока всё встанет на свои места.
– Особая миссия по сохранению мира ложится на Украинскую православную церковь. Поэтому сегодня по-особенному остро зазвучали вопросы духовной экспансии католической, поднимают головы сектанты. Война против Украины – это и война против православия?
– Если заглянуть в историю, в западной части Украины во все времена «шкодливые» преступники находили себе убежище. Мы помним, что когда закончилась Великая Отечественная война, бандеровцев «выбивали» из лесов до 1958 года. Это осталось у жителей Западной Украины в крови, осталось в памяти дедов, может, и родителей нынешнего молодого поколения. Некоторые из представителей молодежи сегодня поддерживают Запад. За 23 года на Украине власть менялась постоянно, шел передел собственности и недр, страной вообще никто не занимался. Конечно, за эти годы воспитывалась ненависть к коррупции, неправде, этим воспользовались наши недоброжелатели на Западе и в Америке. Воспитывали такую национальную рознь, что Украина должна быть только для украинцев, на Украине должны говорить только по-украински, не должно быть никаких русских школ. И это вбивалось в умы подрастающего поколения все эти годы. Мне запомнился такой факт. Педагог в львовской школе учит маленьких деток: «Если тебя зовут Николай – то ты москаль, а если Микола – то украинец, а Никола пусть уезжает в свою Москалию».
На фоне этого экономического кризиса, умело разжигая национальную рознь, западные «руководители» и создали такую ситуацию на Украине. Сегодня большая часть в Киеве боится по-русски что-то сказать, хотя прежде говорили свободно. Думаю, националистические деятели делают грубейшую ошибку, запрещая русский язык. 28 миллионов сегодня говорят на Украине по-русски. Как же они могут вызвать к себе любовь? Невозможно силой заставить любить убийцу, который тебя убивает. И как не видят этого националисты?
– Это следствие информационной войны…
– Да, это результат такой войны, которая велась на протяжении 23 лет. Турчинов – проповедник-евангелист, Яценюк – главный сайентолог, они ярые противники православия. Это сектанты, которые стоят у руля государства. Но, как я уже сказал, это временное явление.
– Вместе с тем начался диалог УПЦ с представителями неканонической Украинской православной церкви во главе с Филаретом…
– Сегодня Блаженнейший митрополит Владимир очень болен, местоблюстителем избран митрополит Онуфрий Черновицкий, и Яценюк тоже из Черновцов, возможно, в этом сдерживающая сила. Митрополит Онуфрий прямо сказал: если будет вмешательство в дела церкви, это будет кровавая бойня.
Убежден – сегодня не нужно отдавать приоритет какой-то конфессии, а молится всем за то, чтобы не проливалась кровь. Определенную роль в этом сдерживающем процессе сыграла встреча представителей всех православных поместных церквей в Стамбуле, где было принято решение о том, что раскольнические группы должны покаяться и вернуться в лоно матери-церкви. Очень важно, что раскольники не имеют поддержки у других поместных церквей. И в это трудное время начался диалог между Филаретовской церковью и Украинской православной. Диалог этот не простой. Тем не менее важно, что он начался. Еще год назад он был нереален. Говорят, горе объединяет. Возможно, эта революция изменит самосознание верующих. Как говорил митрополит Филарет Дроздов, «не назову ложной верой то исповедание, которое исповедует Иисуса Христа». Если евангелисты, филаретовцы и прочие исповедуют Иисуса Христа, то знают о заповеди Нового Завета: «Да любите друг друга». Если эти слова не станут основой жизни, то ничего хорошего ждать не стоит. И думаю, что эта общая беда заставит раскольников задуматься и вернуться к основам нашей веры. Дай Бог, чтобы это произошло.

Поделиться в социальных сетях: