Православно-католический диалог: история и современность

Борозенец Т.А.
Православно-католический диалог: история и современность
Об официальном диалоге между представителями поместных Православных Церквей и Римским престолом можно говорить, начиная с 1980 г. По историческим меркам, это весьма молодой, не типичный для истории православно-католических взаимотношений феномен.
До этого на протяжении без малого тысячи лет отношения между двумя направлениями христианства в целом можно определить, как бескомпромиссную полемику, предполагающую взаимные обвинения в ереси и расколе.
Сегодня на официальном уровне введен мораторий на употребление прежней терминологии, которая считается сторонами оскорбительной и препятствует диалогу. Хотя богословы и верующие, не участвующие в официальном диалоге, в своих книгах, статьях, выступлениях продолжают употреблять те термины, которые употреблялись в прежнюю эпоху и считаются традиционными.
Переход от полемики к диалогу в целом был обусловлен процессом глобализации, которая в религиозной сфере выразилась в экуменизме – движении за объединение христиан и христианских деноминаций перед лицом глобальных вызовов современности. Непосредственными внутренними предпосылками стали: с католической стороны – II Ватиканский собор, признавший апостольское преемство Православной Церкви, спасительность и действенность ее Таинств; с православной – участие большинства поместных Православных Церквей, включая самую крупную из них – Русскую, в экуменическом движении, их деятельность во Всемирном совете церквей.
Русская Православная Церковь одна из последних пересмотрела свое негативное отношение к политике Ватикана и экуменическому движению, в частности выраженному вместе с представителями других поместных церквей на Всеправославном Совещании 1948 г. Она присоединилась к экуменическому диалогу лишь в 1960 г., благодаря деятельности председателя ОВЦС митрополита Никодима (Ротова).
Знаковыми событиями, приблизившими начало официального православно-католического диалога, стали встреча Папы Римского Павла VI и Константинопольского Патриарха Афинагора в Иерусалиме в 1964 г. (это была первая встреча предстоятелей двух церквей с 1439 г.) и объявление ими об отмене взаимных анафем 1054 г., которая состоялась одновременно 7 декабря 1965 г. в Риме и Стамбуле, визит в 1979 г. Папы Иоанна Павла II в Фанар, когда он вместе с Константинопольским Патриархом Димитрием объявил о создании Смешанной международной комиссии по богословскому диалогу между Римско-Католической Церковью и Православной Церковью.
С тех пор официальный православно-католический диалог главным образом проходит в рамках деятельности этой комиссии. С 1980 г. было проведено двенадцать пленарных сессий, посвященных рассмотрению ряда важнейших богословских вопросов:
— «Таинства церкви и евхаристия в свете тайны Святой Троицы» (Греция, Патмос и Родос, 1980; Германия, Мюнхен, 1982).
— «Вера, причастие и единство Церкви» (Греция, Крит, 1984; Италия, Бари, 1987).
— «Таинство священства в таинственной структуре Церкви, в частности важность апостольского преемства для освящения и единства народа Божия» (Финляндия, Ново-Валаамский монастырь, 1988).
— «Униатство» (Германия, Фрайзинг, 1990).
— «Униатство как метод единения в прошлом и нынешний поиск полного общения» (Ливан, Баламанд, 1993).
— «Экклезиологические и канонические предпосылки униатства» (США, Эммитсбург и Балтимор, 2000).
— «Экклезиологические и канонические последствия сакраментальной природы Церкви: соборность и власть в церкви на трёх уровнях церковной жизни: местный, региональный и универсальный» (Сербия, Белград, 2006).
— «Экклезиологические и канонические последствия священной природы церкви — церковная община, соборность и власть» (Италия, Равенна, 2007).
— «Роль епископа Рима в общине церкви в первое тысячелетие» (Кипр, Пафос, 2009; Австрия, Вена, 2010).
Особое внимание и полемику вызывают два документа, принятые в результате работы Смешанной международной комиссии по богословскому диалогу между Римско-Католической и Православной Церквями.
Первый, это так называемая Баламандская декларация — заявление, сделанное в ходе VII пленарного заседания комиссии в Баламандском богословском институте в 1993 г. Официальное название — «Униатство как метод единения в прошлом и нынешний поиск полного общения».
Его основные положения:
— Католическая сторона отказывается от прозелитизма среди православных и «экспансии за счёт Православной Церкви».
— Осуждается униатство как легитимный метод объединения церквей.
— Православная сторона признает право на существование униатских (восточных католических) церквей в составе Римско-католической церкви.
— Обе стороны признают, что и Католическая церковь, и Православная церковь обладают средствами спасения, и потому являются «Церквями-сестрами».
— Достижение единства «не может быть ни поглощением, ни смешением, но встречей в истине и любви».
Баламандский документ до сих пор вызывает критическую реакцию в Православной Церкви, как, впрочем, и в Католической. Прежде всего, богословов и верующих смущает использование понятия «Церкви-сестры», которое противоречит ортодоксальной эксклюзивистской (исключительной) экклесиологии и ассоциируется с экуменической «теорией ветвей». Кроме этого, положения документа так и остались декларативными: и Римско-католическая, и униатские церкви продолжают свою прозелитскую деятельность в регионах с традиционно православным населением. Видимо, в связи с критикой документа с обеих сторон он так и не был официально ратифицирован представителями Церквей и остался промежуточным рабочим документом комиссии.
Второй документ официально называется «Экклезиологические и канонические последствия сакраментальной природы Церкви: церковное единство, соборность и власть». Поскольку он был подписан по итогам X-го пленарного заседания комиссии в Равенне, его также называют Равеннским документом. Для его текста характерна обтекаемость формулировок, недоговоренность и отсутствие четкого ответа на самый главный вопрос – вопрос о примате Римского епископа.
Русская Православная Церковь, единственная из всех поместных Православных Церквей, не присутствовала на заседании и не подписала итоговый документ. Московская Патриархия официально заявила о своем несогласии с положениями документа по вопросу о первенстве во Вселенской Церкви. Рассмотрение Равеннского документа было поручено Синодальной богословской комиссии (позже Синодальная библейско-богословская комиссия), итогом работы которой стал документ «Позиция Московского Патриархата по вопросу о первенстве во Вселенской Церкви». Представители других поместных Православных Церквей также критиковали положения Равеннского документа.
Как видим, сегодня в центре официального богословского православно-католического диалога находится тема роли римского епископа. Считается, что расхождение главным образом по этому вопросу привело к разделению христианства. Такие важные темы, как понимание благодати, первородный грех, чистилище, непорочное зачатие Богородицы, разногласие по которым также препятствует единству православных и католиков, в работе комиссии ещё не рассматривались.
Диалог между Православной Церковью и Ватиканом, кроме богословского, также включает в себя практику взаимопомощи на местах («диалог благотворительности») и согласованную деятельность по защите христиан и традиционных христианских ценностей во всем мире — семья, рождение и воспитание детей, ценность человеческой жизни от зачатия до смерти, святость и целостность брака, половая идентичность человека. Имея принципиальные богословские расхождения, и православные, и католики могут и должны сотрудничать, чтобы совместно отвечать на глобальные вызовы современности. В этом плане показательная прошлогодняя встреча Патриарха Русской Православной Церкви Кирилла с папой римским Франциском в Гаване, ставшая важной вехой православно-католического диалога.
Тема православно-католического диалога, как и экуменизма вообще, вызывает острую полемику внутри Православной Церкви между представителями ее консервативного и либерального крыла. Противники диалога ратуют за чистоту Православия, которая, по их мнению, не допускает никаких форм сотрудничества с еретиками, никакого диалога, кроме бескомпромиссного обличения и наставления заблудших на путь истинный. Приверженцы диалога, напротив, подчеркивают его необходимость ради проповеди Православия инославным, надежды на обращение хотя бы некоторых из них. Независимо от результатов богословского диалога, считают они, практическое сотрудничество с католиками в сфере защиты традиционной морали, гуманитарных вопросах имеет огромное значение для сохранения самой человеческой цивилизации в условиях глубочайшего антропологического кризиса.

Поделиться в социальных сетях: